Из Москвы за город: почему дизайнер выбрал загородную жизнь

Дима Барбанель — арт-директор и дизайнер, стоявший за обликом журналов Esquire, Citizen K, Interni, «Вокруг Света» и «Секрет фирмы». Сегодня он развивает образовательный проект Design Workout, где учит дизайнеров мыслить шире и глубже. А живёт уже почти двадцать лет за городом — в Подмосковье, вместе с женой и двумя детьми.

В Москве ему было тесно. Не в буквальном смысле — в смысле жизненных сценариев. То, что нравилось, он не мог себе позволить, а то, что мог — не хотел. Главный аргумент за переезд оказался семейным: детям нужно пространство, где можно лазить по деревьям и строить штабы. Дима сам так вырос и хотел дать это своим детям. Город таких сюжетов предложить не мог.

Было ещё кое-что — творческое. Для необычного мышления нужны пространство и тишина. В городе и того, и другого дефицит. За городом появляется горизонт, меняются планы в пейзаже, и мозг начинает работать иначе. Наблюдая за перемещением планов — от ближних кустов до дальнего леса, — Дима говорит, что учится думать.

Участок: 11 соток неправильной формы и продуманные сценарии

Участок достался непростой — одиннадцать соток с кривыми границами, без единого прямого угла в плане. Для большинства покупателей это минус, для дизайнера — вызов и возможность. Выбирать между наделами Дима не мог: хотел жить рядом с другом, и свободным оказался именно этот клочок. Зато тут был вид, перепад высот в 35 метров, собственный выход в лес и отсутствие соседей с трёх сторон.

Когда Барбанель впервые пришёл на участок, здесь росла осина — одиннадцать соток угаженного леса, по его собственному выражению. Он начал корчевать сам. Рубил, пилил, жёг. Потом признал, что один не справится, и привлёк профессионалов. Но для детей это стало уроком: папа пришёл и своими руками превращает хаос в место для жизни.

Архитектурный проект всего участка и зданий делало бюро «Меганом» — одно из ведущих архитектурных бюро Москвы. Проектировал Кимур Шабаев, который позже учился у Рема Колхаса и живёт в Роттердаме. Для него это стал первый реализованный проект в России.

Зонирование начинается с парковки — навес на две машины. Дальше открытая зона перед домом, сам дом с парадным фасадом, кампус в глубине, и между ними — пространства для будущих объектов. Дима планирует поставить стеклянную беседку, похожую на английский парник, только внутри будут кактусы с суккулентами и кофейное оборудование. Всё расположение продиктовано рельефом, инсоляцией и возможностью провести коммуникации.

Ландшафт, который работает круглый год

Участок продуман так, чтобы выглядеть по-разному в каждый сезон. Хвойные — основа. К ним добавлены гортензии, которые держатся до самых морозов, и дёрен с красными побегами, дающий цвет даже зимой. Каждые две недели картинка меняется, и для человека, который мыслит визуальными образами, это принципиально.

Берёзы, доставшиеся от прежнего леса, Дима терпит, но не любит. Называет их самым «пачкучим» деревом на земле — серёжки, листья, мусор круглый год. Предпочитает сосны. Газон приходится косить регулярно, и через годы эксплуатации Дима признаётся: лучше бы на части участка был гравий или асфальт. Когда покупали землю, хотелось ходить босиком по траве. Спустя двенадцать лет скашивание воспринимается как потеря времени. Те, кто задумывается о грамотном устройстве грядок и зонировании участка, понимают этот компромисс между эстетикой и практичностью.

Финский дом из клеёного бруса: от лидарного скана до подмосковного участка

Основной дом — двухэтажный, из клеёного бруса. Прототип — финский дом 1907 года постройки в городке Порвоо. Пятнадцать лет назад Дима отсканировал его примитивным лидаром, перенёс в трёхмерную модель, немного увеличил метрики и воспроизвёл в Подмосковье. Наличники, балконные ограждения, пропорции — всё оттуда.

Стоимость основного конструктива составила порядка ста тысяч евро — без внутренней и внешней отделки. Это серьёзная сумма, но Дима изначально закладывал архитектурное качество как приоритет. Второй этаж — открытый, с ощущением простора. Конвекция работает по классической схеме: тёплый воздух поднимается наверх, поэтому на втором этаже заметно теплее.

Ленточный низкозаглублённый фундамент глубиной 1,8 метра отливали сразу под весь комплекс — и дом, и кампус. Это дешевле, чем заливать два отдельных фундамента, и проще с подводкой коммуникаций. Решение было принято ещё на этапе проектирования, когда стало ясно, что на участке будет два здания.

Кампус: как на участке появилось учебное пространство

В какой-то момент Дима понял, что не может больше ездить на работу в Москву, но и работать дома не получается. Нужна была студия — отдельная точка, куда можно прийти утром и закрыть за собой дверь. Так родилась идея кампуса: здание, где Дима работает и куда приезжают студенты-дизайнеры для обучения и совместного проживания.

Конструктивно кампус — каркасник. Квадратный метр с отделкой обошёлся примерно в сто тысяч рублей. Каркасные дома в России до сих пор считаются чем-то маргинальным, и стереотип «дешевле, проще, быстрее» не соответствует действительности. По словам Димы, каркасник сложнее в строительстве, потому что нужно соблюсти массу условий, и экономия по итогу оказывается не такой очевидной.

Второй этаж кампуса — панорамное остекление по кругу. Студенты жили здесь по сорок дней в потоке. Конкурс был жёсткий: из пятисот претендентов Дима отбирал тридцать на экзамен, а из них — шесть человек, две команды по три. Через этот кампус прошло больше тысячи человек за двенадцать лет. Среди выпускников — люди, которые позже создавали Notion и Miro, верхушка дизайнерских отделов Сбера, МТС, Озона, Яндекса и Mail.ru.

Первым крупным партнёром стал Яндекс. В то время компания была технологической корпорацией, где дизайн отдавали на аутсорс. Яндексу нужны были собственные дизайнеры, а вокруг кампуса Барбанеля постоянно крутились талантливые ребята. Первый состав дизайнерских топов Яндекса — друзья и ученики Димы. После этого Яндекс стал лучшим работодателем для дизайнеров в стране.

Дом как пространство для детей: опыт созидания с четырёх лет

Для Димы загородный дом — не просто жильё, а педагогический инструмент. Дети видели, как из заросшего осиной пустыря появляется жизнь. Отец корчевал деревья, потом из ничего возникал дом, и ребёнку предлагали выбрать себе комнату. Из небытия появляется вещество — так Дима это формулирует. Ребёнку в два или четыре года важно увидеть, что вещи можно придумать, представить и создать.

Этот же принцип перешёл в образовательный проект. Пространство учебное во всех смыслах — и для детей, и для студентов. Тысячи людей, приезжавших сюда, получали не только дизайнерские навыки, но и понимание: так можно. Можно взять пустой участок и превратить его в среду, которая работает на тебя.

Быт загородного дизайнера: утренний кофе, птицы и собака

Стандартный день Барбанеля выглядит так. Подъём около восьми, если не засиделся ночью за работой. Зарядка — необходимость, чтобы держать форму. Потом — кофе за столом в полном одиночестве. За окном висит кормушка, которую Дима спроектировал сам. Птицы подлетают и стучат клювами в стекло. Он выходит, высыпает им корм, допивает кофе, читает книгу.

Дальше — прогулка с собакой на машине: садится и выезжает туда, где интересно и ей, и ему. Возвращается и садится работать. Встаёт от компьютера около половины двенадцатого ночи, укладывает детей, обнимает, целует. Немного разговаривает с женой, иногда — фильм. Обычный будний день человека, который выстроил загородную жизнь под себя.

Проектирование участка: сценарии важнее квадратных метров

Главная мысль, которую Дима повторяет: участок — это интерфейс. Веб-интерфейс, бумажный интерфейс, пространственный интерфейс — принцип один. Среда взаимодействия строится на сценариях. Прежде чем думать о заборе и посадках, нужно понять, как ты будешь жить на этой земле.

Расположение элементов на участке Барбанеля опирается на функцию, рельеф, инсоляцию и логистику коммуникаций. Дом стоит парадной частью к входу — не спрятан, а показывается гостям. Кампус отнесён вглубь, чтобы учебное пространство не мешало семейной зоне. Дорожки идут под косыми углами, потому что участок не прямоугольный, и это создаёт визуальный интерес: взгляд постоянно натыкается на новый ракурс.

Изначально на участке планировалось три учебных здания. Потом семья решила, что превращать весь надел в кампус — перебор. Остановились на одном. Освободившиеся пятна пока пустуют, но у каждого есть потенциал — от стеклянной беседки-кафе до гостевого дома.

Подход к проектированию напоминает работу над компактными городскими интерьерами: ограниченная площадь вынуждает продумывать каждый квадратный метр, и результат оказывается выразительнее, чем на просторных территориях.

Каркасник против бруса: реальная экономика стройки

На участке Барбанеля стоят два здания из разных материалов — дом из клеёного бруса и кампус-каркасник. Это позволяет ему сравнивать не в теории, а на практике.

Клеёный брус дороже. Конструктив дома — сто тысяч евро без отделки. Каркасник кампуса — сто тысяч рублей за квадратный метр с отделкой. Но разница в цене не означает разницы в простоте. Каркасное строительство в России освоено плохо: большинство подрядчиков нарушает технологию, и результат оказывается непредсказуемым. Расхожий миф «каркасник — это дёшево и быстро» не работает, если строить правильно.

Оба здания стоят на общем ленточном фундаменте глубиной 1,8 метра. Единый фундамент удешевил подводку коммуникаций и упростил логистику стройки. Это решение было принято на этапе архитектурного проекта — ещё один аргумент в пользу комплексного проектирования участка, а не строительства по частям.

Забор как архитектурный элемент

Деревянный забор на участке — не типовая конструкция из строительного магазина. Дима спроектировал его отдельно: доски заказаны по индивидуальному распилу, подобрана краска, монтаж выполнен на бетонном фундаменте. Такой забор требует усилий — от проектирования до реализации, — но визуально он формирует первое впечатление об участке и задаёт тон всей территории.

Что стоит учесть тем, кто планирует строить за городом

  • Начинайте с проекта всего участка, а не отдельного здания. Зонирование, сценарии жизни, положение дома относительно рельефа и инсоляции — всё это определяется до первого колышка. Девяносто процентов посёлков, по наблюдению Димы, — хаос, где архитектором выступал прораб.
  • Считайте реальную стоимость каркасника. «Дешевле, проще, быстрее» — миф. Технология сложная, условий много, экономия неочевидна. Если строите каркасник — ищите подрядчика с доказанным опытом.
  • Единый фундамент под несколько зданий — выгоднее. Если на участке планируется комплекс, проектируйте и заливайте фундамент сразу. Это экономит деньги и упрощает подводку коммуникаций.
  • Думайте о ландшафте в перспективе десяти лет. Газон, который радует в первый год, через двенадцать лет превращается в обузу. Берёзы мусорят круглый год. Хвойные и декоративные кустарники вроде гортензий и дёрена дают красоту с минимальным уходом.
  • Загородная жизнь — это не только отдых. Это ежедневные сценарии: работа, дети, прогулки, обслуживание территории. Если пространство не спроектировано под вашу жизнь, оно будет раздражать, а не вдохновлять.

А если вы уже живёте за городом и хотите добавить зелени в интерьер дома, обратите внимание на подборку ампельных растений — они одинаково хорошо смотрятся и в городской квартире, и в доме из клеёного бруса с панорамным остеклением.